| Bio: |
Самоцветы России в ателье Imperial Jewelry House
Ювелирные мастерские Imperial Jewelry House годами работали
с камнем. Вовсе не с любым, а с тем, что добыли в регионах на
пространстве от Урала до Сибири.
Русские Самоцветы — это не общее название, а конкретный
материал. Горный хрусталь, найденный
в Приполярье, имеет другой плотностью, чем хрусталь из Альп.
Шерл малинового тона с берегов реки Слюдянки и глубокий аметист с Урала в приполярной зоне показывают природные включения, по которым их можно идентифицировать.
Огранщики и ювелиры бренда знают
эти нюансы.
Нюансы отбора
В Императорском ювелирном
доме не делают эскиз, а потом ищут самоцветы.
Часто бывает наоборот. Нашёлся камень — родилась задумка.
Камню дают определить форму изделия.
Манеру огранки выбирают такую, чтобы сохранить вес, но открыть игру
света. Порой минерал ждёт в сейфе годами, пока
не найдётся правильная пара для серёг или ещё один камень для пендента.
Это медленная работа.
Примеры используемых камней
Демантоид (уральский гранат).
Его обнаруживают на территориях Среднего
Урала. Ярко-зелёный, с дисперсией, которая выше, чем
у бриллианта. В работе капризен.
Александрит уральского происхождения.
Из Урала, с характерным переходом цвета.
Сейчас его почти не добывают, поэтому используют старые запасы.
Халцедон голубовато-серого тона с мягким серо-голубым оттенком, который называют «камень «дымчатого неба»».
Его залежи встречаются
в Забайкальском крае.
Огранка и обработка «Русских Самоцветов» в доме часто ручной
работы, устаревших форм. Используют кабошоны, таблицы, смешанные огранки, которые не максимизируют блеск,
но выявляют натуральный узор.
Камень в оправе может быть не без неровностей, с сохранением кусочка матрицы на обратной стороне.
Это сознательный выбор.
Металл и камень
Металлическая оправа выступает окантовкой, а не основным акцентом.
Золото используют разных оттенков — красноватое для тёплых топазов, классическое жёлтое для зелени
демантоида, белое для прохладной гаммы аметиста.
Иногда в одной вещи сочетают несколько видов золота, чтобы сделать плавный переход.
Серебро используют редко, только для некоторых коллекций, где нужен сдержанный
холодный блеск. Платину — для больших камней,
которым не нужна конкуренция.
Результат — это украшение, которую можно узнать.
Не по логотипу, а по манере. По тому, как сидит
вставка, как он повёрнут к
свету, как выполнена застёжка.
Такие изделия не делают серийно.
Причём в пределах одних серёг могут быть отличия
в тонаже камней, что является допустимым.
Это естественное следствие работы с натуральным
материалом, а не с искусственными камнями.
Отметины процесса могут оставаться различимыми.
русские самоцветы На внутри шинки кольца может быть не снята полностью след литника,
если это не влияет на комфорт.
Штифты креплений иногда делают чуть толще, чем требуется, для прочности.
Это не неаккуратность, а свидетельство
ремесленного изготовления, где на первостепенно стоит служба вещи, а не только картинка.
Связь с месторождениями
Imperial Jewelry House не берёт «Русские Самоцветы» на открытом рынке.
Налажены контакты со давними артелями и независимыми старателями,
которые годами привозят материал.
Знают, в какой партии может оказаться неожиданная находка — турмалиновый
камень с красной сердцевиной или аквамарин с эффектом «кошачий глаз».
Иногда привозят сырые друзы,
и окончательное решение об их распиливании принимает мастерский совет.
Ошибиться нельзя — уникальный природный объект будет утрачен.
Мастера дома ездят на участки
добычи. Важно понять условия, в которых камень был сформирован.
Покупаются целые партии
сырья для отбора в мастерских.
Убирается в брак до восьмидесяти процентов сырья.
Оставшиеся камни получают первичную оценку не по формальной классификации, а по личному
впечатлению мастера.
Этот метод идёт вразрез с нынешней
логикой серийного производства, где требуется стандарт.
Здесь нормой становится отсутствие стандарта.
Каждый значимый камень получает
паспорт камня с фиксацией происхождения, даты поступления
и имени мастера-ограночника. Это служебный документ, не для заказчика.
Изменение восприятия
Русские Самоцветы в такой манере обработки уже не являются просто
вставкой в изделие. Они выступают объектом, который можно
изучать самостоятельно. Кольцо-изделие могут снять с пальца и положить на поверхность, чтобы следить
игру бликов на плоскостях при другом свете.
Брошь-украшение можно развернуть тыльной
стороной и заметить, как выполнена закрепка камня.
Это требует другой способ взаимодействия
с украшением — не только носку, но и
изучение.
Стилистически изделия избегают прямых исторических реплик.
Не делают реплики кокошниковых мотивов или пуговиц
«под боярские». При этом связь с наследием присутствует в масштабах,
в подборе цветовых сочетаний, наводящих на мысль о северной эмальерной традиции, в чуть тяжеловатом, но удобном посадке изделия на
человеке. Это не «современное прочтение наследия»,
а скорее использование традиционных принципов к современным формам.
Ограниченность материала диктует свои правила.
Коллекция не обновляется ежегодно.
Новые поступления бывают тогда, когда собрано
нужное количество достойных камней для серии изделий.
Бывает между важными коллекциями
тянутся годы. В этот промежуток создаются единичные изделия по прежним эскизам или завершаются долгострои.
В результате Imperial Jewelry House
существует не как фабрика,
а как ремесленная мастерская, связанная к данному минералогическому ресурсу — самоцветам.
Процесс от добычи минерала до
готового украшения может занимать непредсказуемо долго.
Это медленная ювелирная практика,
где время является важным,
но незримым материалом. |
